На главную Написать нам Карта сайта

Шамов Василий Иванович

Шамов Василий Иванович
Шамов Василий Иванович
Дата рождения:
02.03.1920 
Место рождения:
Калинская обл., Пустошкинский р-н, Лукинский с/с, д.Березно
Место призыва:
Островский РВК г.Ленинград
Дата призыва:
1940 
Воинское звание:
краснофлотец 1 Бр.ПЛ п/л Щ-213,2 БР.ПЛ п/л М-33
Дата выбытия:
09.05.1944 Севастополь
Причина выбытия:
Пропал без вести 
Дополнительно:
остался жив. Трагически погиб 1981г.

ЦВМА Картотека безвозвратных потерь; ЦВМА документы

 

Сообщил внук

Шамов Василий Иванович.

Жизненный путь: с июля 1932 г. по апрель 1940 года - работал на бумажной фабрике им. М.Горького в г. Ленинграде;
С апреля 1940 г. - был призван служить на флот военным комиссариатом Островского РВК г.Ленинграда и зачислен курсантом в Краснознаменный учебный отряд подводного плавания имени С.М. Кирова. Будучи курсантом ему довелось проходить практику на крейсере «Аврора», а также на подводных лодках «Пантера» и Л-55 (английская субмарина, которая была потоплена в августе 1919 года нашим эсминцем и в 1927 году поднята и вошла в состав Советского флота). По окончании подплава, был переведен на Черноморский флот.
С июля 1941 г. по август 1942 г. - торпедист подводных лодок Щ-213 и М-33 Бригады подводных лодок Черноморского флота г.Севастополь и Очемчиро. Также в июле и августе 1941 года в составе 35 краснофлотцев участвовал в создании укрепрайона вокруг г.Севастополя (за два месяца ими было построено 6 дотов и 250 метров траншей с пулеметными точками , нишами и маскировкой). В феврале 1942 года ПЛ Щ-213 был потоплен немецкий транспорт водоизмещением 7 тысяч тонн с войсками, танками и боезапасом, а также расстреляна артиллерией немецкая шхуна водоизмещением 680 тонн. На обратном пути с позиции подверглись нападению румынских торпедных катеров, наскочили на минное поле.
С августа 1942 г. по ноябрь 1942 г. - стрелок 253 отдельной стрелковой дивизии Северо-Западного фронта (Старая Русса - получил ранение).
С ноября 1942 г. по декабрь 1942 г. - раненый больницы им. Пирогова г. Куйбышев.
С декабря 1942 г. по февраль 1943 г. - матрос Ульяновского флотского экипажа г.Ульяновск.
С февраля 1943 г. по апрель 1943 г. - торпедист отряда вновь строящихся кораблей г.Сосновка.
С апреля 1943 г. по июнь 1943 г. - больной 358 Эвакогоспиталя г.Куйбышев.
С июня 1943 г. по август 1943 г. - матрос Потийского флотского экипажа г. Поти.
С августа 1943 г. по апрель 1944 г. - матрос Азовской военной флотилии (БК-134) г.Ейск. Участвовал в Буденовской, Осипенковской и Керченско-Эльтигеновской десантных операциях.
С апреля 1944 г. по май 1944 г. - помощник командира взвода 83 бригады морской пехоты (Освобождение Крыма). 07 мая 1944 года в бою под Балаклавой был ранен.
С мая 1944 г. по июль 1944 г. - раненый госпиталя 5550 г.Днепропетровска.
С июля 1944 г. по декабрь 1944 г. - комендор реактивной установки М-8, боцман минометного катера МК-25 4 бригады речных кораблей Дунайской военной флотилии. Участвовал в прорыве Цареградского гирла, захвате г. Вилково, освобождении городов Румынии, Болгарии, Югославии. При освобождении одного из городов Югославии был ранен.
С декабря 1944 г. по февраль 1945 г. - раненый 48 военно-морского госпиталя г. Измаил.
С февраля 1945 г. по июль 1946 г. - торпедист торпедного катера ТК-147 бригады торпедных катеров Краснознаменного Балтийского Флота, г.Балтийск. Участвовал в освобождении городов Клайпеды, Нейкурин, Пиллау, Кенигсберг, Данциг, Свенемюнде; участвовал в десантной операции на Датский остров Бронхольм - в порт Рюгенвальде и высадке десанта в порт Либава на Курляндском полуострове, где закончил ВОВ.
Затем дедушка остался на сверхсрочную службу и прослужил до апреля 1966 года. После войны, дедушка служил в г.Кронштадте, г.Симферополе, Балаклаве и Севастополе.
Воинские звания во время прохождения службы:Краснофлотец - подводные лодки Щ-213, М-33; старший матрос - комендор реактивной установки КМ-8 БК -134; старшина 1 статьи - к/о командира установки М-8, боцман минометного катера МК-25.Случаи с воинской службы и жизни на флоте:Воспоминания Деда о Керченско-Эльтигенской десантной операции:
Шел 1943 год. Кораблям Азовской флотилии была поставлена задача переброски войск на Крымский полуостров 18 и 56 армий. Из госпиталя, я, Шамов Василий Иванович в августе 1943 года прибыл на Азовскую флотилию в бригаду бронекатеров на БК-134 на должность комендора ракетной установки К-М-8 и сразу же включился в большой, дружный и спаянный коллектив под командованием лейтенанта Гусятникова Владимира Григорьевича. 27 октября, мы из Бердянска прибыли в Темрюк и пришвартовались на реке Кубань к стенке, а 28 прибыли в подразделение войск 56 армии. 29 октября погрузив на катер около 40 солдат, с наступлением темноты мы вышли в Керченский пролив, но разыгравшийся шторм разбросал катера по заливу, не позволив произвести высадку десанта на крымскую землю и командование отдало приказ 31 октября утром возвратиться обратно. И только в ночь со 2 ноября на 3-е взял на борт штурмовую группу морских пехотинцев, БК-134 вышел в район сосредоточения кораблей. Когда был дан сигнал, в 22 часа открыла огонь береговая артиллерия, катера устремились к берегу. Стреляя из всех видов оружия, первыми высадили десант в районе поселка Глейки-Жуковка, БК-134 возвратился на косу Чушка. В этот же день облетела слава всю бригаду о личном составе БК-134, который первыми и без потерь высадили десантников.
Взяв десантников на борт, мы снова устремились к крымскому берегу и так все 48 часов, двое суток. Моряки БК-134 беспрерывно, без сна и отдыха, в шторм и непогоду, под огнем врага сделали 16 рейсов. И только последний рейс оказался неудачным. При высадке десанта нас перебросило волной через песчаную гряду. Командир приказал всем за борт, попытаться столкнуть катер с мели. В течение 40 минут по грудь в холодной ледяной воде мы пытались это сделать, но ничего не получилось. Нас засекла немецкая батарея и открыла огонь. Мы дали ответный огонь по ней. Лейтенант Гусятников приказал всему личному составу разойтись по боевым частям. Я, в это время перезаряжал установку, когда разорвался снаряд у правого борта и осколками перебило главный бронепровод, оторвало вертушку взрывателя, вырвало кусок рельсы 20 см и в 2-х минах были пробиты корпуса. Тогда командир приказал мне спуститься в кубрик и вместе с Виктором Лисковским пойти в разведку, связаться с морскими пехотинцами и доложить ему. Когда приказание было выполнено, лейтенант Гусятников обратился ко всему личному составу (а нас было 14 человек) под командованием ст.I статьи Григорьева сойти на берег и занять оборону вместе с морской пехотой и как только утром будет дан сигнал 2 красных ракеты возвратиться на катер. К 8 часам 5 ноября подошел к борту БК-134 катер и мы увидели условный сигнал и сразу же возвратились на катер. Подошедший катер снял с мели БК-134, отбуксировал и оставил нас, а сам ушел по назначению. Когда завыли моторы и мы пошли своим ходом, то оказалось сильно погнута линия вала и вода через сальник и трубу начала поступать в ахтерпик и в машинное отделение затопляя отсек. Не доходя до косы Чушка моторы заглохли и катер волной начало швырять от пирса, находящегося на косе. Тогда старшина 1 статьи Павел Григорьев фукштоком замерив глубину, взявшись за швартовый конец, выпрыгнул за борт, а за ним последовала вся команда и мы около часа в ледяной воде буксировали катер к пирсу. Откачав воду из ахтерпика и машинного отсека, мотористы во главе с механиком Главстаршиной Власовым, устранили повреждения. Затем нам предоставили 2 суток отдыха после тяжелых изнурительных штормовых переходов. А затем командиру приказали пойти в мастерские в поселке Чайкино и отремонтировать реактивную установку. Когда ремонт был произведен и придя к пирсу на косе Чушка, командир получил приказание вместе с еще четырьмя бронекатерами отправиться в распоряжение контр-адмирала Холстякова и оказать помощь Эльтигенскому десанту в переброске боезапаса и продуктов питания. 11 ноября мы прибыли в Тамань. Нас встретил контр-адмирал Холстяков, руководивший этой операцией. На пирсе был построен весь личный состав прибывших катеров, которым он сказал как сейчас помню - товарищи матросы и офицеры, скрывать от Вас я не хочу, какой корабль к Эльтигену не пойдет - почти всегда он остается там- погибает. Но на том берегу находятся такие же братья матросы и офицеры, как и Вы, без боезапаса, хлеба и табака, а поэтому не оказать им помощи мы не можем и не имеем права, полный вперед. Погрузив боезапас, продукты, несколько мешков табака, часов в пятнадцать мы взяли курс к крымскому берегу. Часов в 17 по катерам открыла огонь батарея, но все обошлось благополучно. Ткнувшись носом в берег, мы быстро разгрузились и направились обратно в Тамань. У нас сильно вибрировала линия вала, так как она была погнута при высадке десанта под Керчью, грелись и горели опорные и упорные подшипники - находившийся один из них в башне, мы попеременно со ст. 2 статьи Жосовым Николаем поливали холодной водой. Придя в Тамань, командир доложил Холстякову, что горят подшипники, на что тот ответил, ничего лейтенант пусть горят - ты их поливай водичкой, давай загружайся и снова в путь - Эльтигеновцы Вас благодарить будут. Погрузив снова боезапас, продукты и табак, около четырех часов утра отдали швартовы и направились к Эльтигену.
В шестом часу на катер обрушился шквал огня с района косы Тузла. Сигнальщик Абакумов Паша доложил командиру, что там где мы выбрасывали первым рейсом боезапас и продукты на берегу бегают какие-то непонятные фигуры, на что лейтенант Гусятников громко ответил: я на Вас надеюсь, на свое оружие надеюсь, полный вперед. Через шквал огня мы прорвались к берегу одни, то есть БК-134 из пяти катеров, и придя в точку выброски носом вылезли на берег и начали разгрузку - все было расписано, кто должен из матросов и старшин соскочить на землю и принимать боезапас и продукты, кто должен подавать с палубы, кто с носового кубрика, а кто с камбуза. Организация была четкая и быстро разгрузили. Во время разгрузки батарея врага открыла по катеру огонь шрапнелью. Вскочивший на борт матрос с донесением на большую землю у носовой пушки был убит наповал, и вскочивший матрос с разбитого катера и с ним медсестра Таня (фамилию не помню, она перевязывала под огнем противника тяжело раненого парторга). Три солдата к нам было приданы для быстрейшей погрузки и разгрузки боезапаса и продуктов, затем возвратились в Тамань. Это было 12 ноября 1943 года. Выгрузили раненых и убитого матроса, вновь погрузили боезапас и продукты и ночью 13 ноября мы вышли к Эльтигену в третий раз и снова ткнувшись носом в землю быстро разгрузились и отправились к таманскому полуострову, но внезапно разыгравшийся шторм стал заливать камбуз, в ахтерпике появилась вода через дейдвудную трубу в машинном отделении, сильная вибрация вала, горели подшипники, ход корабля уменьшился на несколько узлов и командир решил идти в Коротково. Связи не было, рация вышла из строя. Едва дотянули до пирса уже полузатопленным катером. Командир схода носом вылез на берег - завели мертвяк, корму подтянули к пирсу, камбуз, башня р-с были затоплены, частично машинное отделение, продуктов не было - они находились в камбузе. Не спавшие ночь, усталые и измученные штормом, голодные целый день, без связи с базой, матросы не падали духом, пели песни, ходили собирали дрова, хворост и скоро на берегу запылал костер. Помощи пока ожидать было не откуда. Пока радист не починит рацию, командир собрал личный состав, объяснил создавшееся положение и спросил, кто полезет в камбуз достать продукты и посуду при страшной волне, обрушивающейся на катер. Я сказал командиру, давайте попробую, как бывший подводник. Он на это пошутил, ну-ну, подводник, тогда давай не посрами подводный флот. Я скинул рабочее платье, надел две пары теплого белья, так как в случае при ударе волной, чтоб не порезало тело о кромку камбуза, меня обвязали шкертом, взяли на растяжки три старшины, как бы страховали, если не справлюсь сам с волной, которая обрушится на меня и ударит о борт камбуза. Выбрав момент, я спрыгнул с палубы в камбуз, поднырнув под волну, сразу же открыл один шкафчик, попался с посудой - взял пару бочков, вынырнул передал сигнальщику Паше Абакумову, а на растяжке на катере стоял старшина 1 статьи Паша Григорьев, на пирсе старшина 2 статьи Коля Жосов и второй на пирсе старшина 2 статьи Паша Тарасов. И снова, улучив момент, когда надвигалась волна, я, нырнул под нее, открыв другой шкафчик вытащил мешок с горохом. Так, неоднократно нырял и достал банку с сухарями, консервы и посуду. Затем командир приказал кончать и вылезать из камбуза. И при падении волны, Паша Григорьев и Абакумов подхватили меня и вытащили на палубу. Переодевшись в теплое сухое белье и выпив сто грамм, надев шубу, я пошел к костру, хотя командир говорил идти ложится спать. Но я не хотел, так как тянуло к матросам. Это не прошло бесследно (мое ныряние). 13 ноября 1943 года к утру поднялась температура и меня прихватила ангина. Часам к 12 дня, шторм стал утихать. Но камбуз, башня Катюши были занесены доверху илом, на тридцать сантиметров машинное отделение. Командир приказал приводить в порядок заведывания и мы с Колей Жосовым начали выгребать ил и так двое суток. Затем пришел БК-112, взял нас на буксир лагом и потащил на ремонт в Ростов. Зайдя в Приморско-Ахтарскую, меня положили в госпиталь, так как я уже не говорил и у меня не открывался рот. Там мне сделали операцию, где я пролежал до января 1944 года.
Из воспоминаний о прорыве Цареградского Гирла:
Шел 1944 год. Перед кораблями Дунайской военной флотилии была поставлена задача форсировать Днестровский лиман и высадить десант в районе города Инкерман (Белгород-Днестровск). Нашим кораблям поддержки была поставлена задача прорываться через Царреусадские Гирло, выйти в лиман и открыть огонь по переднему краю противника и огневым точкам.
Я, Шамов Василий Иванович, старшина 1 статьи прибыл на минометный катер МК-25 из госпиталя 25 июля 1944 года после ранения 7 мая (при генеральном наступлении) при освобождении города Севастополя, будучи в 83 -й бригаде морской пехоты. 21 августа 1944 года, примерно в 20 часов, мы вышли из Одессы в точку сосредоточения кораблей. Прибыли туда часа в 3 ночи, приготовились к прорыву. Как только был дан сигнал, катера устремились к Цареградскому Гирлу, ворвались в него и начали прорыв в лиман открыв огонь со всех видов оружия, находящегося на кораблях по огневым точкам противника, который обрушил шквал огня по катерам, ворвавшимся в Гирло. Я открыл из своей катюши (рс М-8) с нулевой дистанции по пулеметным точкам и пушкам, стрелявшим по катеру. Буквально вода в гирле бурлила от рвавшихся снарядов противника. Я выпустил 24 мины по огневым точкам противника, когда ворвались в Днестровский лиман. Пришвартовавшись к пирсу, высадили на берег раненых, катер во время прорыва гирла получил около двадцати пробоин, в машинном отделении возник пожар, но механиком ст.2 ст. Жуковым, матросами Шеулиным и Виктором Подкосовым был ликвидирован. Тяжело был ранен пулеметчик турельного пулемета Иванов, гл.ст. Галицин Иван, ст. л-т артиллерист фамилию не помню и рулевой запасной с другого катера (фамилию также не помню). Перезарядив установку, командир приказал открыть огонь по стрелявшей батареи и по переднему краю обороны противника - было выпущено 72 снаряда, а затем возвратившись, я получил 3 комплекта мин и перезарядил установку. Мы вышли к Белгород-Днестровску и снова открыли огонь по окопам противника. Проходя по лиману, мы неоднократно останавливались, надевали маску противогаза и спускались под воду - обрезали с винта лианы под огнем противника 22 и 23 августа. Посреди лимана подобрали старшего лейтенанта, медсестру и раненых с полузатонувшей шлюпки. Пополнив боезапас в ночь на 24 августа с рассветом, взяв на буксир глейсер, мы подошли к отряду катеров стоявших и готовящихся к прорыву килийского гирла. В 7.30 вошли в гирло и затем по Дунаю около 12 часов мы обнаружили у Вилкова переправу, по которой открыли огонь со всех видов оружия - в результате переправа была разбита и прекратила свое существование. Катерами был потоплен румынский монитор и уничтожена самоходная пушка «Фердинанд». Город Вилков был взят. Захвачено в плен более 2 тысяч солдат и офицеров. Затем катера продвигались вперед вглубь Балканских стран.
Награжден медалями «За оборону Севастополя», «За отвагу» и другими правительственными наградами.

 

 

Шамов Василий Иванович,1937 г.
Шамов Василий Иванович,1937 г.
 Шамов Василий Иванович. Послевоенное фото
 Шамов Василий Иванович. Послевоенное фото
 Шамов Василий Иванович
 Шамов Василий Иванович
Шамов Василий Иванович(слева) 
Шамов Василий Иванович(слева) 
Шамов Василий Иванович(слева)
Шамов Василий Иванович(слева)
Шамов Василий Иванович(в центре) 
Шамов Василий Иванович(в центре) 
Шамов Василий Иванович(первый ряд, второй слева) 
Шамов Василий Иванович(первый ряд, второй слева) 
Шамов Василий Иванович(второй слева) 
Шамов Василий Иванович(второй слева) 
Шамов Василий Иванович(первый ряд, седьмой слева).Ливадия,1954 г. 
Шамов Василий Иванович(первый ряд, седьмой слева).Ливадия,1954 г. 
Шамов Василий Иванович(второй справа) 
Шамов Василий Иванович(второй справа) 
Шамов Василий Иванович(справа) 
Шамов Василий Иванович(справа) 
Шамов Василий Иванович, Севастополь 
Шамов Василий Иванович, Севастополь